Два брата

Действие третие

Сцена первая

(Дмитрий Петрович входит. Александр его ведет под руку и сажает.)
Александр . Вы нынче что-то необыкновенно слабы, батюшка.
Дмитрий Петрович . Старость, брат, старость – пора убираться… да, ты что-то мне хотел сказать.
Александр . Да, точно… есть одно дело, об котором я непременно должен с вами поговорить.
Дмитрий Петрович . Это, верно, насчет процентов в Опекунский совет… да не знаю, есть ли у меня деньги…
Александр . В этом случае деньги не помогут, батюшка.
Дмитрий Петрович . Что же такое…
Александр . Это касается брата…
Дмитрий Петрович . Что?.. Что такое с Юринькой случилось?
Александр . Не пугайтесь, он здоров и весел.
Дмитрий Петрович . Не проигрался ли он?
Александр . О нет!
Дмитрий Петрович . Послушай… если ты мне скажешь про него что-нибудь дурное, так объявляю заранее… я не поверю… я знаю, ты его не любишь!
Александр . Итак, я ничего не могу сказать… о вы одни могли бы удержать его.
Дмитрий Петрович . Ты во всех предполагаешь дурное.
Александр . Я молчу, батюшка.
Дмитрий Петрович . Видно, я правду говорю – коли ты не смеешь и защищаться!..
Александр . Я чувствую, что человеку не дано силы противиться судьбе своей!
Дмитрий Петрович . Ты меня выведешь из терпения… ну скажи, что ли, скорее, что ты еще открыл, – в чем предостерегать!..
Александр . Юрий влюблен в княгиню Веру.
Дмитрий Петрович . Да, я сам подозреваю, что он не совсем ее забыл… а она?
Александр . Она – его любит страстно – о, я это знаю… я имею доказательства… я вам клянусь честью… спасите хоть ее. Еще два, три дни… и она не будет в силах ни в чем противиться… вы до этого не допустите брата.
Дмитрий Петрович . Да, да, это нехорошо… но Юрий не захочет, не решится.
Александр . А минута страсти, самозабвения?.. Одна минута?
Дмитрий Петрович . Это нехорошо… ты прав… благодарю, что сказал… да что же делать? Поговорить разве Юрию…
Александр . О, это хуже всего… он уж слишком далеко зашел… надо, чтоб князь уехал… потом брату кончится отпуск… и они никогда, по крайней мере долго, не увидятся…
Дмитрий Петрович . Бедная женщина!..
Александр . О, если б вы видели, как она страдает в борьбе с собою… но я ее знаю… еще несколько дней… и она погибнет!..
Дмитрий Петрович . Я хвалю тебя, Александр!.. Ты всегда был строгих правил, хотя не очень чувствителен… но как же быть?
Александр . Предупредить князя! – сказать ему просто!..
Дмитрий Петрович . Рассорить его с женой?..
Александр . Он благоразумный и добрый человек… скажите ему только, что Юрий влюблен в княгиню… это ваш долг, долг отца и честного человека… объясните ему, что вы нимало не подозреваете его жены… но что, живя в одном доме, ее репютация может пострадать, – брат может проболтаться, похвастаться двусмысленным образом – из самолюбия… мало ли!.. Одним словом, князь должен уехать…
Слуга (входит) . Князь Лиговский.
Дмитрий Петрович . Надо подумать… как же так опрометчиво поступать – надо бы подумать.
Александр . Минуты дороги… вы видите, сама судьба его вам посылает.
(Входит князь.)
Князь . А я сейчас с Кузнецкого моста, покупал всё жене наряды к празднику… столько хлопот, что ужасть… вот эти молодые люди не знают, что такое жениться.
Дмитрий Петрович . Приятно со стороны смотреть, как вы любите вашу супругу, князь.
Князь . Я жену очень люблю – однако видите, я со всем тем муж благоразумный, – хочу, чтоб меня слушались, и в случае нужды имею твердость – о, я очень тверд! Как вы нынче в своем здоровье?
Дмитрий Петрович . Благодарю… я нынче что-то слаб… и к тому же расстроен… ох, дети, дети!
Князь . Расстроены… помилуйте, вы, кажется, так счастливы детьми.
Дмитрий Петрович . Это правда… но иногда и самые лучшие дети делают глупости.
Князь . Да помилуйте!.. Вы несправедливы. Какие же глупости… но извините, это слишком нескромно…
Дмитрий Петрович . Ничего, князь, – напротив… это дело даже больше касается до вас, нежели до меня.
(Александр делает знак отцу и уходит.)
Князь . До меня?..
Дмитрий Петрович . Мой долг повелевает мне сказать… но я не знаю, как решиться.
Князь . Разве это что-нибудь…
Дмитрий Петрович . Вот видите, я не знаю, как вы примете.
Князь . Да разве?..
Дмитрий Петрович . Успокойтесь – это еще не опасно.
Князь . Слава богу… так еще не опасно – уф!..
Дмитрий Петрович . Мой сын Юрий…
Князь . Юрий Дмитрич? Он со мной никаких не имел сношений!..
Дмитрий Петрович . Я не говорю, чтоб он имел сношение с вами – или с кем-нибудь из вашего дома, – но ваша жена… еще до замужества… ее красота, любезность!..
Князь . Вот видите, Дмитрий Петрович… я этих достоинств еще сам в ней хорошенько не рассмотрел… не потому говорю так, что она моя жена, – но ведь я не поэт! О, вовсе не поэт!.. Я женился потому, что надо было жениться, – женился на ней потому, что она показалась мне доброго и тихого нрава, – люблю ее потому, что надобно любить жену, чтоб быть счастливу!.. Я вас прервал, пожалуста, продолжайте!
Дмитрий Петрович . Это не так легко, князь.
Князь . Прошу вас, для меня себя не принуждайте.
Дмитрий Петрович . Одним словом, мой сын Юрий был влюблен в вашу супругу до ее замужества – и, кажется, был несколько ей приятен.
Князь . О, я уверен, что теперь эта страсть прошла.
Дмитрий Петрович . К сожалению, не прошла! Со стороны моего сына.
Князь . Тем хуже для него.
Дмитрий Петрович . Я боялся, чтоб это и вам было неприятно! – по долгу честного человека решился вас предупредить, на всякий случай…
Князь . Лишь бы жена была мне верна – больше я и знать не хочу!
Дмитрий Петрович . Я не сомневаюсь в добродетели княгини.
Князь . И я также.
Дмитрий Петрович (со вздохом). Вы очень счастливы…
Князь . Не спорю-с. (Вдруг, как бы вспомнив что-то, хватает себя за голову и вскакивает.) О, я дурак – о, я пошлая дурачина… о, глупая ослиная голова… вы правы – а я дубина!.. Теперь вспомнил… о, пошлая недогадливость!.. Теперь понимаю… понимаю… этот анекдот!.. Всё было на мой счет сказано… а я, сумасшедший, – ему же советую волочиться за моей женой – а ее смущение… ведь надо было мне жениться – в 42 года! С моим добрым, простосердечным нравом – жениться!..
Дмитрий Петрович . Успокойтесь, прошу вас, всё еще поправить можно.
Князь . Нет, никогда не успокоюсь (садится).
Дмитрий Петрович . Я вам это сказал по долгу честного человека… и потому, что знаю сына: он легко может наделать глупостей – и невинным образом в свете компрометировать княгиню, – притом она молода – может завлечься невольно… скажут, что, живя в одном доме…
Князь . Вы правы – посудите теперь! Ну не несчастнейший ли я человек в мире.
Дмитрий Петрович . Утешьтесь… я очень понимаю ваше положение – но что же делать.
Князь . Что делать? – вот видите, я человек решительный – завтра же уеду из Москвы в деревню – нынче же велю всё готовить.
Дмитрий Петрович . Это самое лучшее средство – самое верное – тихо, без шуму…
Князь . Да, тихо, без шуму!.. Уехать из Москвы, зимой, накануне праздников, – вот женщины! О, женщины!.. Прощайте, Дмитрий Петрович, прощайте – о, вы увидите, что я человек решительный!
Дмитрий Петрович . Не взыщите, я говорил от сердца, князь, – по-стариковски – притом я всегда был строгих правил…
(Хочет встать.)
Князь . Не беспокойтесь – вы истинный мой друг – прощайте… о, я человек решительный!.. (Уходит.)
Дмитрий Петрович . Ну, слава богу, с плеч долой – всё уладил – ох, дети, дети…
(Юрий входит и хохочет во всё горло.)
Юрий . Вообразите, ха-ха-ха-ха… нет, я век этого не забуду… Князь, ха-ха-ха! Я подаю ему руку и говорю, здравствуйте, князь… что нового… а он – ха-ха-ха! Скорчил кошачью мину и руку положил в карман: ничего-с – к несчастию, всё старое… потом шаг назад и стал в позицию… я скорей бежать, чтоб не фыркнуть ему в глаза… не знаете ли, батюшка, отчего такая немилость?
Дмитрий Петрович . А ты хочешь волочиться за женой и чтоб муж тебе в ноги кланялся! Кабы в наше время, так ему бы надо тебя не так еще проучить.
Юрий (серьезно). Я волочусь за его женой? Кто ему это сказал?
Дмитрий Петрович . Ну ведь признайся: ты в нее влюблен?..
Юрий . Он о прежнем ничего не знает и слишком глуп, чтоб теперь догадаться.
Дмитрий Петрович . Долг всякого честного человека был ему сказать!
Юрий . А позвольте: кто ж этот чересчур честный человек?
Дмитрий Петрович . А если б даже я.
Юрий . Вы, батюшка?
Дмитрий Петрович . Да, я не терплю безнравственности, беспутства… в мои лета трудно смотреть на такие вещи и молчать… хороший отец должен удерживать сына от бесчестных поступков – а если сын его не слушает, то мешать ему всеми средствами…
Юрий . А, так вы ему сказали.
Дмитрий Петрович . Да, не прогневайся – и князь завтра же увозит жену в деревню.
Юрий . О! Это нестерпимо!
Дмитрий Петрович . Вздор, вздор!.. Что такое за упрямство, будто нет других женщин.
Юрий . Для меня нет других женщин… я хочу, хочу… да знаете ли, батюшка, что это ужасно… кто вам внушил эту адскую мысль!
Дмитрий Петрович . Кто внушил!.. И ты смеешь это говорить отцу, и какому отцу! Который тебя любит больше жизни, тобою только и дышит, – вот благодарность! Разве я так уж стар, так глуп, что не вижу сам, что дурно, что хорошо!.. Нет, никогда не допущу тебя сделать дурное дело, – опомнишься, сам будешь благодарен и попросишь прощения.
Юрий . Никогда!.. Прощения! Мне еще вас благодарить – за что? Вы мне дали жизнь – и теперь ее отняли – на что мне жизнь?.. Я не могу жить без нее – нет, я вам никогда не извиню этого поступка.
Дмитрий Петрович . Юрий, Юрий, подумай, что ты говоришь.
Юрий . Я не уступлю – борьба начинается – я рад, очень рад! Посмотрим – все против меня – и я против всех!..
Дмитрий Петрович . Сжалься, Юрий, над стариком – ты меня убиваешь.
Юрий . А вы надо мною сжалились – вы пошутили – милая шутка.
Дмитрий Петрович . О, ради бога, перестань!
Юрий . Князь завтра едет, а нынче Вера будет моя. (Идет к столу.)
Дмитрий Петрович . Александр! Александр! Он убил меня – мне дурно!
(Александр вбегает, подымает и ведет его под руку.)
Он злодей – он убил меня!..
Юрий (один). Нынче она будет моя – нынче или никогда… они хотят у меня ее вырвать – разве я даром три года думал об ней день и ночь – три года сожалений, надежд, недоспанных ночей, три года мучительных часов тоски глубокой, неизлечимой – и после этого я ее отдам без спору, и в ту самую минуту, когда я на краю блаженства, – да как же это возможно! (Пишет записку и складывает.) Кажется, так оно удастся. (Отворяет дверь и кличет) Ванюшка!
(Входит молодой лакей в военной ливрее.)
Послушай! От твоего искусства теперь зависит жизнь моя…
Ванюшка . Вы знаете, сударь, что я вам всеми силами рад служить.
Юрий . Когда ты сделаешь, что я прикажу, то проси чего хочешь.
Ванюшка . Слушаю-с.
Юрий . Если же нет – ты погиб!
Ванюшка . Слушаю-с.
Юрий . Видишь эту записку – через час, никак не позже она должна быть в руках у княгини Лиговской.
(Александр показывается в другой двери.)
Ванюшка . Помилуйте, сударь, да это самое пустое дело – я познакомился уж с ее горничною, – а у нас в пустой половине такие закоулки, что можно везде пройти днем так же безопасно, как ночью…
Юрий . Я на тебя надеюсь – только смотри, не позже как через час (уходит).
Ванюшка . Через пять минут, сударь… (Про себя). Мы с барином, видно, не промахи – четыре дни как здесь, а уж дела много сделали (хочет идти).
Александр (подкрался сзади и схватывает его за руку.) Постой!
Ванюшка (испуганный). Что это вы, барин!
Александр . У тебя вот в этой руке записка…
Ванюшка . Никак нет-с.
Александр (хочет взять). А вот увидим.
Ванюшка . Я закричу-с, ваш братец услышит!
Александр (в сторону.) Попробую другой способ! (Ему) Видишь вот этот кошелек, в нем 20 червонцев – они твои – если ты дашь мне ее прочесть – так, из любопытства.
Ванюшка . Только никому сами не извольте сказывать.
Александр . Я буду молчалив, как могила (высыпает деньги в руки).
Ванюшка . А если изорвете, сударь, – так я скажу своему барину.
Александр (про себя). Я умру, а не уступлю ему эту женщину!.. (Читает) «Ваш муж всё знает… Я вас люблю больше всего на свете, вы меня любите, в этом я также уверен… Сегодня вечером в 12 часов я должен с вами говорить, будьте в этот час в большой зале пустой части дома; вы спуститесь по круглой лестнице и пройдете через коридор, – если через 2 часа я не получу желаемого ответа, то иду к вашему мужу, заставляю его драться и, надеюсь, убью. В этом клянусь вам честию… ничто его не спасет в случае вашего отказа. Выбирайте». А! Искусно написано!..
Ванюшка . Пожалуйте, сударь, записку, мне пора.
Александр . А если я ее изорву – говори, что ты хочешь за это, – всё, что попросишь… тысячу – две?..
Ванюшка . И миллиона не надобно-с.
Александр . Я тебя умоляю!..
Ванюшка . Вот видите, сударь, – мне велено ее отнести, и я отнесу; об том, чтоб ее не показывать, ничего не сказано, и я ее вам показал.
Александр (подумав). Хорошо, отнеси ее.
(Слуга уходит.)
(Про себя). Я все-таки найду средство им помешать.
Конец 3-гоакта

Оцените:
( 4 оценки, среднее 2.75 из 5 )
Поделитесь с друзьями:
Михаил Лермонтов
Добавить комментарий

  1. Аноним

    Говно

    Ответить